Колыбельная для К.

Над городом ветер в четыре октавы,
а в комнате тишь и большая разлука.
И маятник движется слева направо.
Да так и уходит - без боя, без звука.
А следом уходят названья, приметы
и тени предметов, и сами предметы.
И в пыль обращается память, и память
о пыли ползет в заоконную заметь...

Мы все, кто остался, мы время встречаем
вечерним черешневым медленным чаем.
А ты, погруженный в глубокое детство,
балбес-переросток, в опасном соседстве -
как крайний - растешь с неуютной Вселенной.
Ты спишь - и неплотный мирок Мельпомены
сочится сквозь стены и фотообои,
И с ним возвращается маятник с боем
двенадцатикратным. Ты спишь. В это время
(а время пришло) разговоры в гостиной,
цветные цукаты. Ты спишь, а с пластинки
поют музыканты из города Бремен.
Ты спишь. Возвращаются вещи. Откуда -
кто знает. К тому же не те (а те - где вы?).
Ты спишь. Ходит маятник вправо и влево,
и в такт ему бьется на кухне посуда...

Когда ты проснешься - за окнами минус
один. Плюс зато тридцать восемь под мышкой.
Какой-нибудь очень талантливый вирус
работал всю ночь - и наутро мальчишка
простужен... Когда ты проснешься, устало
сотрешь с подоконника лужицу талой
воды, то, возможно, припомнишь всю небыль
о том Рождестве, которого не было...